«Мир все еще удивителен, он не поддается осмыслению, в привычных природных образах всегда остается нечто не поддающееся расшифровке. Именно метафизика природных образов стала основным предметом исследования в моих работах. Пейзаж обретает сакральное значение, рассказывает о близости человека к природе и парадоксальной отчужденности от нее, о силе и хрупкости, сложности мира, которые я ощущаю. Это мир смежный с реальным, но не тождественный ему. Моя художественная практика начиналась с реставрации икон – опыта, направившего меня на эксперименты с деревом как основой и материалом. Работая в классических живописных и графических техниках, я пишу пейзажи так, как если бы это были иконы.»